Этимология несёт большую пользу изучающим язык. Если это китайский, то встретив новое незнакомое слово, хочется сразу же узнать значение составляющих его иероглифов.

И в поиске этих значений часто перешагиваешь важную, хотя и невидимую границу. Сейчас я её покажу.

Возьмём для примера слово 宪法 конституция. Первый иероглиф в нём — , в традиционном написании — . Этот иероглиф встречается в «Шу Цзине»‧向書: 鑒於先王成憲,其永無愆 На основании того, что прежние государи составляли высочайшие законы, они никогда не допускали ошибок. Отсюда понятно, что означает «высочайший закон», и вроде бы нам сразу становится понятен смысл слова 宪法 — высочайший закон, основной закон, конституция.

Обращаться к этимологии любят и китайцы — в учебниках после представления важного термина обычно бывает даже не один, а целый абзац примеров употребления входящих в него иероглифов в классических текстах (вышеупомянутую цитату я взял из учебника «Конституционное право»). Вероятно, это льстит самолюбию китайцев, создавая иллюзию, что уже в глубокой древности они всё-всё знали. При таком обилии сохранившихся древних текстов это легко устроить, при желании наверняка можно найти цитаты, подтверждающие, что Яо‧ и Шунь‧ предвидели появление облачных вычислений. К слову, я недавно нашёл подтверждение, что ещё Конфуций выступал за введение «Системы социального рейтинга», ведь он сказал: 視其所以。觀其所由。察其所安。人焉廋哉。人焉廋哉。 Как может скрыться человек, как может он скрыться, когда мы будем смотреть на его действия, когда будем вникать, в руководящие им побуждения, исследовать то, в чем он находит успокоение?!

Разумеется, в такой шутке нет ничего страшного, но тот, кто всерьёз рассуждает о том, какой смысл древние китайцы вкладывали в слово «конституция» словно сминает всю историю развития языка в одну большую лепёшку, раздавливая тончайшие связи между понятиями и обозначавшими их в разные эпохи словами.

Если же аккуратно расправить страницы истории, мы увидим, что слово 憲法 впервые появилось не в «Шу Цзине», а в японских переводах эпохи Мэйдзи (1868-1912) в качестве перевода с европейских языков слова «конституция». В ранних переводах, естественно, унификации термина «конституция» ещё не было, и встречались такие варианты как 律例, 根本律法, 國制, 政則, 朝綱, 建國法, 國憲 и т.д. И только в конце концов остановились на современном варианте, который официально закрепился в названии 大日本帝国憲法. А затем, как и множество других японских терминов, изобретённых в ту эпоху, он был заимствован китайцами и стал частью китайского языка.

Потому обращение к «Шу Цзину» для понимания значения слова 宪法 имеет лишь исторический смысл — вполне вероятно, что тем же «Шу Цзином» руководствовались и японцы, переводившие европейские политические и юридические трактаты, и можно повосхищаться, как удачно они извлекли древний термин и вдохнули в него новый смысл. Однако, никакого практического смысла здесь нет, а чтобы на самом деле понять смысл слова 宪法, следует сначала прочитать те самые трактаты и уяснить смысл слова «конституция» в европейских языках, а потом ознакомиться с японскими и китайскими трудами по конституционному праву, если уж хочешь досконально выяснить, что означает для китайцев китайское слово 宪法.

Это и называется принципом диахронической интерпретации, то есть изучения лексики с учётом её исторического развития в языке, источников заимствования, истории каждого слова вплоть до современного состояния. Конечно, можно обойтись и простым разбором слова на иероглифы, тем более, что устоявшиеся переводы зачастую не лишены изящества и внутренней логики. Смотрите, например, как искусно китайцы обошлись с терминами «федерация» и «конфедерация» — первое это 联邦, то есть «союзное государство», а второе — 邦联, то есть «союз государств». И всё же, сохраняйте бдительность и не впадайте же в иллюзию, что значения входящих в слово иероглифов напрямую определяют значение самого этого слова.

А напоследок представьте, как странно бы смотрелось подобное чрезмерное увлечение древней этимологией при изучении, например, английского: computer происходит от латинских слов con «с» и putō «думаю». (Здесь можно привести целый абзац цитат из Катулла и Цицерона, «я думаю» — это очень распространённое вводное слово в латинских текстах). Значит, компьютер — это, стало быть, «содуматель»! А ведь и вправду, у неё внутре анализатор и думатель, всё ж сходится!