Перевод статьи Грега Прингла “When borrowing from Chinese isn’t ‘Sinoxenic’”

Что такое синоксенические заимствования?

Где-то в октябре 2015 года на сайте Quora появился довольно любопытный вопрос:

Если бы айнский язык заимствовал слова напрямую из китайского, как бы они отличались от синоксенической лексики, если учитывать и некоторые протоайнские звуки (определённые гласные), и современные звуки?

Этот интересный гипотетический вопрос содержит неверное допущение: что лексика, заимствованная напрямую из китайского, автоматически является синоксенической лекскикой. На самом деле это не так. Так называемая синоксеническая лексика это результат специфического типа заимствования, подразумевающего полное заимствование китайской письменности. Это весьма выдающийся, возможно уникальный тип заимствования, который играет большую роль, придавая основным языкам Восточной Азии особый стиль и заметную общность.

Синоксеническая лексика отражает системы чтения китайского, разработанные вьетнамцами, корейцами и японцами более тысячелетия назад. Это продукт приобретения грамотности в китайском в ту пору, когда он был самым престижным языком и доминирующим культурным механизмом в Восточной Азии. Он предусматривал целостную попытку овладения китайским письменным языком, включая практически всю китайскую письменную лексику. Это оставило в этих языках до наших дней обширную массу лексики или строительных блоков для лексики, заимствованной из китайского. Японский и в меньшей степени корейский до сих пор использует иероглифы в качестве ключевого элемента системы письма, и даже во вьетнамском после отказа от иероглифов их тень по прежнему невидимо стоит за латинизированной письменностью.

Многие из обстоятельств формирования этих систем остаются туманными. Вот некоторые их отличительных характеристик:

  1. Синоксеническая лексика это результат формального изучения языка. Как минимум на ранних стадиях имела место активная передача грамотности от учителей к ученикам, либо напрямую от китайских учителей, либо в некоторых случаях через посредников (особенно в Японии, где были задействованы корейские учителя). Обучение чтению китайских иероглифов предполагало не только их запоминание, но и декламацию, чтение и (в идеале) сочинение текстов на классическом китайском. (Идея о том, что сино-вьетнамский язык получился как результат контакта между учителями, разговаривавшими на китайском и учащимися, разговаривавшими на вьетнамском, в последнее время подверг сомнению Джон Зыонг Фан, предполагающий существование во Вьетнаме билингвизма.)
  2. Корейцы, японцы и вьетнамцы читали иероглифы в максимально возможном приближении к китайскому произношению. Тем не менее, произношения неизбежно модифицировались под разные фонологические системы их языков. Например, китайский иероглиф 六, который как предполагается, произносился /luwk̚/, в японском произношении превратился в двусложный /ro-ku/.
  3. Заимствование иероглифов предполагало заимстование системы целиком, состоящей буквально из тысяч знаков. Основные системы для чтения киатйских иероглифов датируются от второй половины первого тысячеления — от позднего старокитайского до позднего среднекитайского в случае корейского и южных вариантов позднего среднекитайского в случае вьетнамского. В японском массовое заимствование иероглифов и их соответствующих произношений произошло дважды, в результате чего у японцев сейчас есть два основных набора чтений — система гоон呉音 (поздний старокитайский-ранний среднекитайский), которая возможно была заимствована из южной области северного диалекта либо возможно посредством корейских учителей; и система канъон漢音 (поздний среднекитайский), которая была заимствована из престижного северозападного чанъаньского диалекта. Эти два набора чтений стали настолько систематизированными, что позднейшие составители словарей даже пытались заполнить пробелы недостающих чтений гоон или канъон для конкретного иероглифа.
  4. Системы произношений постепенно стали традиционно принятыми способами чтения текстов, потеряв связь с современным китайским произношением и возможно передавались местными учителями. В Японии, географически изолированной от материка, весьма вероятно, что многие учителя и ученики, изучающие китайские тексты, ни разу не слышали китайскую речь на протяжении всей жизни. Несмотря на изменения в произношении, чтения иероглифов в основном показывают сходство с чтениями в современном стандартном китайском, китайских диалектах и синоксенических языках, даже если фактическое физическое произношение изменилось. Параллели становятся очевидными, когда иероглифы представляются в виде списка:

    Иероглиф Значение Китайский (СКЯ) Японский гоон Японский канъон Корейский Вьетнамский
    столица ㄐㄧㄥ
    jīng
    きょう
    kyō
    けい
    kei

    gyeong
    kinh
    форма ㄒㄧㄥ́
    xíng
    ぎょう
    gyō
    けい
    kei

    hyeong
    hình
    чувство ㄑㄧㄥ́
    qíng
    じょう
    せい
    sei

    jeong
    tình
    светлый ㄇㄧㄥ́
    míng
    みょう
    myō
    めい
    mei

    myeong
    minh
    остановиться ㄊㄧㄥ́
    tíng
    じょう
    てい
    tei

    jeong
    đình
    четвёртая небесная основа ㄉㄧㄥ
    dīng
    ちょう
    chō
    てい
    tei

    jeong
    đinh
    плоский, мирный ㄆㄧㄥ́
    píng
    びょう
    byō
    へい
    hei

    pyeong
    bình

    Второй список:

    Иероглиф Значение Китайский (СКЯ) Японский гоон Японский канъон Корейский Вьетнамский
    инструмент для письма ㄅㄧ̌
    ひち
    hichi
    ひつ
    hitsu

    pil
    bút
    мёд ㄇㄧ̀
    みち
    michi
    びつ
    bitsu

    mil
    mật
    качество ㄓ̀
    zhì
    しち
    shichi
    しつ
    shitsu

    jil
    chất
    реальность ㄕ́
    shí
    じち
    jichi
    じつ
    jitsu

    sil
    thực, thật
    солнце ㄖ̀
    にち
    nichi
    じつ
    jitsu

    il
    nhật

    Несмотря на нерегулярности (в том числе те, которые я не указал в списках), параллели весьма примечательны. Изучение этих синоксенических (кстати, этот термин был введён лингвистом Сэмьюэлом Мартином в 1953 году) чтений китайских иероглифов является важным инструментом в попытках современных лингвистов прояснить фонологию среднекитайского языка.

  5. Так как китайские иероглифы заимствовались как комбинация формы (письменного знака), значения и произношения («чтения» этого знака), они постепенно стали морфемами в языках-реципиентах. Эти заимствованные морфемы впоследствии могли использоваться для создания новой китаизированной лексики путём прочтения их с соответствующими традиционными чтениями. Подобная лексика становилась доступной для заимствования между различными синоксеническими языками. Японцы, в частности, создали огромный пласт такой лексики в современную эпоху для обозначения новых понятий, пришедших с запада, которая широко заимствовалась в корейском, китайском и вьетнамском.

    Например, следующие слова являются общими для всех четырёх языков, состоя из одинаковых сочетаний морфем:

    Иероглифы Значение Китайский (СКЯ) Японский Корейский Вьетнамский
    形態 вид ㄒㄧㄥ́ㄊㄞ̀
    xíngtài
    けいたい
    keitai
    형태
    hyeongtae
    hình thái
    形狀 форма ㄒㄧㄥ́ㄓㄨ̀ㄤ
    xíngzhuàng
    けいじょう
    keijō
    형상
    hyeongsang
    狀態 состояние ㄓㄨ̀ㄤㄊㄞ̀
    zhuàngtài
    じょうたい
    jōtai
    상태
    sangtae
    trạng thái
    狀況 положение ㄓㄨ̀ㄤㄎㄨ̀ㄤ
    zhuàngkuàng
    じょうきょう
    jōkyō
    상황
    sanghwang
    trạng huống
    形成 формирование ㄒㄧㄥ́ㄔㄥ́
    xíngchéng
    けいせい
    keisei
    형성
    hyeongseong
    hình thành

    (Тем временем, существуют и ограничения, так как не все языки заимствовали или используют все эти сочетания, кроме того, значения и использование может отличаться.)

В качестве завершительного замечания, синоксенические языки также включают лексику, которая не вписывается в синоксеническую систему. Во вьетнамском существуют несколько сот слов, которые были заимствованы до начала систематического заимствования синоксенической лексики. В результате существуют многие формы или слова, которые были заимствованы дважды, сначала в «старосиновьетнамском», а затем систематизированно в «синовьетнамском» варианте. В целом, более ранние заимствования воспринимаются носителями как исконные вьетнамские слова, в то время как синоксенические формы образуют отдельный пласт вьетнамской лексики. Несколько примеров:

Китайский (СКЯ) Значение Старосиновьетнамский Синовьетнамский
[wèi] вкус mùi vị
[huáng] жёлтый vàng hoàng
[yīng] иволга anh oanh

В японском также встречается подобная лексика, в частности, [ume] «слива» и [uma] «лошадь», от среднекитайских /mwəj/ и /maɨX/ соответственно. Заметьте, что в обоих случаях спереди был добавлен гласный /u/. Оба слова воспринимаются носителями как «исконно японские». В корейском тоже можно найти несколько примеров подобных внесистемных заимствований.

Несиноксенические заимствования

В то время как синоксеническая модель традиционно была в центре внимания как самая характерная и влиятельная модель заимствования китайской лексики, это не единственная модель. Здесь я рассмотрю язык, который заимствовал значительный объём лексики из китайского, но не относится к синоксеническим языкам.

Хронологически монгольские заимствования из китайского происходили позже, чем в синоксенических языках. Подавляющее большинство слов было заимствовано в последние 800 лет из раннего, среднего и современного северного диалекта китайского.

Типы заимствования различаются. Часть лексики была заимствована через посредство других языков, например, слово ᠪᠢᠴᠢᠭ᠌бичиг «письменность», которое пришло из тюркского в древние времена, но в конце концов восходит к китайскому [] . То же самое китайское слово впоследствии было заимствовано через тибетский как ᠪᠢᠷбийр «инструмент для письма».

В более недавние времена значительно больший объём лексики был заимствован напрямую. Часть её значительно отличается по произношению от китайского, как следствие либо долгого срока заимствования, либо приблизительного устного заимствования. Пример такой лексики — слово ᠴᠣᠩᠬᠣцонх «окно», от китайского 窗戶 [chuānghu] .

Другой возможный пример это слово ᠲᠠᠢᠢᠪᠣᠩтайван «мир», предположительно от китайского 太平 [tàipíng] . Трдиционное написние не пытается воспроизвести первоначальный гласный в .

Со времени Цинской династии, впрочем, написание на традиционном монгольском письме в целом стало ближе к китайскому произношению. Например, ᠶᠠᠩᠬᠠᠨянхан «проститутка» точно воспроизводит на традиционном монгольском письме гласные и согласные китайского 養漢 [yǎnghàn] . Неясно, отражает ли произношение янхан, как монголы первоначально услышали слово (заимствование на слух), либо представляет собой заимствование на слух, которое было исправлено в соответствии с китайским произношением в письменной форме. Скорее всего, впрочем, что орфография традиционного письма отражает знакомство с письменным китайским посреди как минимум части монгольской интеллектуальной элиты. Это согласуется с фактическим положением во времена Цин, когда происходило значительное тесное взаимодействие между монголами (особенно на юге) и китайским миром.

Орфографическая тенденция точно отражать китайское произношение стала ещё более явной в современный период, вплоть до того, что транслитерация китайских слов на монгольский в Китае теперь полностью стандартизирована.

В то время как транслитерация китайского теперь производится по строгим правилам, существует ключевая разница между монгольским и синоксеническими языками: монгольское заимствование китайского не является результатом принятия китайского в качестве литературного языка монголов, и никогда не сопровождалось заимствованием китайской системы письма в целом. Монгольский имеет собственную письменность со времён Чингисхана и китайские иероглифы никогда систематически не использовались для записи китайских заимствований в монгольском. Один из важнейших документов в монгольской истории, «Тайная история монголов», сохранился только в транслитерации китайскими иероглифами, но эти иероглифы используются только для записи звучания, как японская манъёгана. (В современной Внутренней Монголии, впрочем, вследствие преподавания китайского в системе образования, билингвальные монголы иногда используют китайские иероглифы для записи китайских слов в контексте монгольского.)

Кроме того, слова как правило заимствуются как одиночные формы и не анализируются с точки зрения составляющих морфем для создания новых слов. Заимствования скорее «разовые» нежели систематические. Есть, конечно, односложные слова, которые не требуют дальнейшего анализа и могут использоваться в качестве независимых морфем, например ᠵᠢᠩжин «фунт», от китайского [jìn] . Но двусложные китайские слова как правило воспринимаются как единицы, в общем, такие же, как и исконные монгольские слова, обычно состоящие из более чем одного слога.

Например, как архаичная форма ᠲᠠᠢᠢᠭᠠᠨтайган «евнух», так и форма ᠲᠠᠢᠢᠪᠣᠩтайван «мир», содержат китайскую морфему [tài] , но она не воспринимается как отдельная морфема в монгольском. Аналогично, как ᠬᠣᠪᠣᠩхоовон «жаровня», так и ᠲᠦᠩᠫᠦᠩтөмпөн «кастрюля» содержат китайскую морфему [pén] «тазик», но носитель монгольского вряд ли осознаёт связь между -вон и -пөн в этих словах.

Конечно, есть морфемы, которые явно определяются в заимствованных словах. Одна из таких — [jiàng] , используемая в ряде слов, обозначающих ремесленников, в том числе в очень распространённом слове ᠮᠤᠵᠢᠶᠠᠩмужаан «плотник». Традиционно эта морфема пишется ᠵᠢᠶᠠᠩ-жаан, и легко узнаётся. Это подтверждается такими словами как ᠲᠦᠨᠵᠢᠶᠠᠩтүнжаан «медник», где даже нарушается гармония гласных, что усиливает восприятие -жаан как продуктивной морфемы. Однако, есть формы, где гармония гласных нарушает это единство формы, например, слово ᠱᠤᠵᠢᠶᠠᠩшожоон «каменщик».

Монгольский (традиционный) Монгольский (упрощённый) Значение Китайский (иероглифы) Китайский (транскрипция)
ᠮᠤᠵᠢᠶᠠᠩ мужаан плотник 木匠 ㄇㄨ̀ㄐㄧㄤ̇
mùjiang
ᠢᠨᠵᠢᠶᠠᠩ инжаан сребродел 銀匠 ㄧㄣ́ㄐㄧㄤ̇
yínjiang
ᠲᠢᠵᠢᠶᠠᠩ тижаан кузнец 鐵匠 ㄊㄧㄝ̌ㄐㄧㄤ̇
tiějiang
ᠳᠥᠨᠵᠢᠶᠠᠩ түнжаан медник 銅匠 ㄊㄨㄥ́ㄐㄧㄤ̇
tóngjiang
ᠱᠤᠵᠢᠶᠠᠩ шожоон каменщик 木匠 ㄕ́ㄐㄧㄤ̇
shíjiang

В то время как на традиционном монгольском часто подчёркивается исходное китайское произношение, кириллическая орфография, по которой слова пишутся как произносятся, скрывает связь с китайским. Например, слово ᠶᠠᠨᠲᠣᠩ от китайского 煙筒 [yāntong] пишется яандан, что весьма далеко от традиционного написания.

Более того, в конце слога в кириллице в Монголии произносится /ŋ/, нивелируя различие между /ŋ/ и /n/ в этой позиции и ещё более скрывая регулярность взаимоотношения с китайским. Это различие между /ŋ/ и /n/ сохраняется во Внутренней Монголии.

Несколько примеров того, что монгольские слова не очень хорошо отражают китайский оригинал, прояснят ситуацию. Основным источником для них является «Монгол хэлний Хятад ормол үгийн судалгаа» Н. Балжинням, и в целях этого упражнения я предполагаю, что приведённые там китайские этимологии точны. Я выбрал два набора слов, подпадающие под типичные модели для иллюстрации утверждения. Стоит обратить внимание на то, как монгольская лексика следует установленным моделям, которые как правило скрывают исходные китайские модели.

Приводится стандартное китайское произношение, хотя многие монгольские заимствования происходят из местных северокитайских диалектов.

Модель 1

Монгольский (традиционный) Монгольский (упрощённый) Значение Китайский (иероглифы) Китайский (транскрипция)
ᠪᠠᠢᠢᠪᠠᠩ байван купорос 白礬 ㄅㄞ́ㄈㄢ́
báifán
ᠲᠠᠢᠢᠭᠠᠨ тайган евнух 太監 ㄊㄞ̀ㄐㄧㄢ̀
tàijiàn
ᠶᠠᠩᠬᠠᠨ янхан проститутка 養漢 ㄧㄤ̌ㄏㄢ̀
yǎnghàn
ᠵᠣᠩᠳᠠᠨ зондон шёлк с золотыми драконами 妝緞 ㄓㄨㄤㄉㄨㄢ̀
zhuāngduàn
ᠬᠣᠪᠣᠩ хоовон жаровня 火盆 ㄏㄨㄛ̌ㄆㄣ́
huǒpén
ᠲᠦᠩᠫᠦᠩ төмпөн тазик 銅盆 ㄊㄨㄥ́ㄆㄣ́
tóngpén
ᠵᠠᠢᠢᠰᠠᠩ зайсан вождь племени 宰相 ㄗㄞ̌ㄒㄧㄤ̀
zǎixiàng
ᠫᠠᠯᠠᠩ паалан эмаль 珐琅
琺瑯
ㄈㄚ̀ㄌㄤ́
fàláng
ᠶᠠᠨᠲᠣᠩ яандан дымоход 煙筒 ㄧㄢㄊㄨㄥ̇
yāntong
ᠲᠠᠢᠢᠪᠣᠩ тайван покой, мир 太平 ㄊㄞ̀ㄆㄧㄥ́
tàipíng
ᠯᠣᠣᠪᠠᠩ лууван редька 蘿蔔 ㄌㄨㄛ́ㄅㄛ̇
luóbo
ᠴᠦᠦᠪᠦᠩ цүүвэн рента 租費 ㄗㄨㄈㄟ̀
zūfèi
ᠳᠠ ᠮᠧᠨ дааман ворота 大門 ㄉㄚ̀ㄇㄣ́
dàmén
ᠬᠤᠸᠠᠰᠠᠩ хуасан арахис 花生 ㄏㄨㄚㄕㄥ
huāshēng

Модель 2

Монгольский (традиционный) Монгольский (упрощённый) Значение Китайский (иероглифы) Китайский (транскрипция)
ᠬᠣᠯᠣ хулуу тыква-горлянка 葫蘆 ㄏㄨ́ㄌㄨ̇
húlu
ᠰᠠᠬᠣᠣ саахуу чайник 茶壺 ㄔㄚ́ㄏㄨ́
cháhú
ᠰᠠᠩᠬᠦᠦ санхүү склад 倉庫 ㄘㄤㄎㄨ̀
cāngkù
ᠫᠦᠩᠯᠦ пүнлүү жалованье 俸祿 ㄈㄥㄌㄨ̀
fēnglù
ᠴᠣᠣᠶᠠᠩᠪᠣ цууянбуу коленкор 粗洋布 ㄘㄨㄧㄤ́ㄅㄨ̀
cūyángbù
ᠮᠠᠨᠲᠠᠤ мантуу хлеб, приготовленный на пару 饅頭 ㄇㄢ́ㄊㄡ̇
mántou
ᠮᠠᠩᠲᠣᠣ лантуу молот 榔頭 ㄌㄤ́ㄊㄡ̇
lángtou
ᠵᠢᠨᠲᠦᠦ жинтүү подушка 枕頭 ㄓㄣ̌ㄊㄡ́
zhěntóu
ᠫᠢᠩᠪᠣᠣ
(?)
пямбуу рубанок 平刨 ㄆㄧㄥ́ㄅㄠ̌
píngbǎo
ᠶᠣᠠᠮᠪᠣᠣ
ᠶᠣᠠᠨᠪᠣᠣ
ембүү слиток 元寶 ㄩㄢ́ㄅㄠ̌
yuánbǎo
ᠲᠡᠮᠪᠦᠦ тэмбүү сифилис 天疱 ㄊㄧㄢㄆㄠ̀
tiānpào
ᠬᠣᠸᠠᠵᠣᠣ хуажуу перец 花椒 ㄏㄨㄚㄐㄧㄠ
huājiāo
ᠴᠢᠨᠵᠦᠦ
ᠴᠢᠩ ᠵᠢᠶᠣᠣ
чинжүү зелёный перец 青椒 ㄑㄧㄥㄐㄧㄠ
qīngjiāo
ᠫᠣᠣᠯᠣᠣ поолуу плетёная корзина 笸籮 ㄆㄛ̌ㄌㄨㄛ́
pǒluo
ᠳᠧᠩᠯᠦ дэнлүү фонарь 燈籠 ㄉㄥㄌㄨㄥ́
dēnglóng

С единственным исключением (санхүү) все произношения следуют монгольским правилам гармонии гласных. В наше время монгольский позаимствовал фонему /f/ вместе с русской лексикой, но во время заимствования вышеприведённой лексики в монгольском ещё не было этого звука, и использовался /p/. В современном монгольском Внутренней Монголии ᠪᠠᠢᠢᠹᠠᠩ*байфан используется вместо ᠪᠠᠶᠢᠪᠠᠩбайван.

Вышеприведённые примеры показывают, что монгольские заимствования из китайского производились как на слух, так и чем дальше, тем более систематически на основании близкого знакомства с китайской фонологией.

Но несмотря на это, монгольский в основном избегает заимствования синоксенических морфем, что является заметной чертой синоксенических языков, как показано на таблицах в начале этой статьи. Вместо этого монгольский как правило образует словосочетания из монгольских корней по китайской модели, то есть кальки. Но это тема для отдельной статьи…